Боевые действия под Звенигородом Московской обл.

Всё же это представляется сомнительным - расположение следов этих окопов (гнёзд) просматривается почти перпендикулярно относительно лесной дороги.
Скорее всего, они были подготовлены для ведения огня с тогдашней опушки лесного массива в направлении начала этой дороги от Апальщино.

 

Началу боев на Звенигородском направлении в конце октября 1941 года предшествовал захват немцами Рузы. О том как это происходило

http://kz-ruza.ru/рузский-край/967-бой,-длившийся-два-часа.html

 

Мне удалось посетить места этих боёв. Там, в с. Новогорбово, находится братская могила, где захоронен дед моей жены Головин Михаил Матвеевич. Но, как оказалось, как потом я уточнил по ОБД, её дед захоронен в соседнем с. Паново, а в Новогорбово захоронен его полный тёзка, даже год рождения совпали. Погибшие в основном из Воронежа и области. Бои, по рассказам местных, были жуткие. В центре села стоит церковь с полутораметровыми стенами, никто её не реставрирует. Так вот с колокольни этой церкви немецкий пулемётчик безнаказанно разил красноармейцев. которых потом местные жители сотнями стаскивали в братские могилы. Многие из которых так и остались безымянными. Погибшие датируются декабрём 1941-январём 1942 г.г. Жаль только, что на братские могилы наступают дачники, есть опасения, что эти места застроят коттеджами... . Местные власти, правда, обещали этого не допустить, но, как известно, власть на местах меняют как перчатки... .

 

В этих местах, наряду с другими нашими дивизиями, наступала 329-я воронежская дивизия Маковчука. Его чуть позднее за мордобой снимут с дивизии и понизят до командира бригады. Парадокс судьбы в том, что это, возможно, спасло ему жизнь, так как 329-я почти вся окажется в трагическом окружении в составе 33-й армии Ефремова.
Кое что про 329-ю можно почитать здесь:
http://www.kainsksib.ru/123/index.php?showtopic=2889

Кое что из немецких документов:
"... Большая деревня [Ново-горбово] лежала на возвышенности, окруженная свободным пространством и только примерно на расстоянии 500 метров начинался лес. Эскадрон получал приказ с юго-восточного края зачистить деревню от врага. Истребители танков должны были обеспечить во время боя защиту с северо-востока, так как там также был замечен противник. Перед началом зачистки русские, хорошо укрепившиеся в домах, подвергли эскадрон огню из пулеметов и стрелкового оружия. Все же оба взвода пошли вперед - один справа, другой слева от улицы, и ручными гранатами атаковали один дом за другим. Лёгкий взвод, шедший слева с командиром отделения и командиром взвода, состоял только из подразделения лёгких пулеметов. Обер-лейтенант Сандер задержал, как выяснится после боя, остаток взвода, без согласия командира эскадрона, и задействовал его в другом месте. Теперь это пулеметное подразделение ждало поддержку остального взвода, так как оно из-за сильного вражеского огня не имело возможность продвинуться ни вперед, ни назад. Все же это пулеметное подразделение приблизилось еще ближе к противнику, при этом все 4 человека погибли. Эскадрон выбил противника из всех домов, кроме некоторых у церкви. Так как там находился немецкий батальонный медицинский пункт, то было невозможно бесцеремонно вести огонь без того, чтобы не угрожать раненым. После того, как командир взвода был тяжело ранен и целый ряд людей вышли из строя, сзади послышался возглас «истребители танков драпают!» Незадолго до этого командир эскадрона был тяжело ранен. Руководство эскадроном принимал вахмистр и получал лично от обер-лейтенанта Сандера приказ держаться еще час, его рота могла бы построить линию сопротивления на опушке леса в направлении Кривошеино и дать там огневое прикрытие, как только эскадрон начнет отходить..."