Помним, и по письмам тоже: К чему тебе принимать мужчин, которые за тобою ухаживают? не знаешь, на кого нападешь. Прочти басню А. Измайлова о Фоме и Кузьме. Фома накормил Кузьму икрой и селедкой. Кузьма стал просить пить, а Фома не дал. Кузьма и прибил Фому как каналью. Из этого поэт выводит следующее нравоучение: красавицы! не кормите селедкой, если не хотите пить давать; не то можете наскочить на Кузьму. http://himmelsweit.livejournal.com/252274.html Ну и конечно - "Добрый совет" Давайте пить и веселиться, Давайте жизнию играть, Пусть чернь слепая суетится, Не нам безумной подражать. Пусть наша ветреная младость Потонет в неге и в вине, Пусть изменяющая радость Нам улыбнется хоть во сне. Когда же юность легким дымом Умчит веселья юных дней, Тогда у старости отымем Всё, что отымется у ней.
Обычно стихи запоминаю легко. Но вот с Пушкиным получился прокол. Задали мне в школе в классе кажется в 5-м или 6-м в далёких 80-х отрывок из романа «Евгений Онегин» : "Гонимы вешними лучами"... Ох и запарился я с ним. И как назло учить пришлось на свой ДР. Учил стих как говорится до посинения. А он не идёт и всё. Наконец выучил. Но на уроке всё таки 1 раз сбился и получил 4. На всю жизнь запомнил, как "мУчил" этот стих Гонимы вешними лучами, С окрестных гор уже снега Сбежали мутными ручьями На потопленные луга. Улыбкой ясною природа Сквозь сон встречает утро года; Синея блещут небеса. Еще прозрачные, леса Как будто пухом зеленеют. Пчела за данью полевой Летит из кельи восковой. Долины сохнут и пестреют; Стада шумят, и соловей Уж пел в безмолвии ночей....
Дело настроения, наверное. Прочёл один раз в 4-м класе (1974 год) рукописный стих и вот по памяти: Получил письмо от внука старый дед Федот Внук его теперь как сука в лагере живёт... Продолжение не следует.
...А царь тем ядом напитал Свои послушливые стрелы И с ними гибель разослал К соседям в чуждые пределы... Дійсно правдиві вірші писав,ці рядки декого з теперішньої влади нагадують.
Хороший вірш Нет, я не льстец, когда царю Хвалу свободную слагаю: Я смело чувства выражаю, Языком сердца говорю. Его я просто полюбил: Он бодро, честно правит нами; Россию вдруг он оживил Войной, надеждами, трудами. О нет! хоть юность в нем кипит, Но не жесток в нем дух державный; Тому, кого карает явно, Он втайне милости творит. Текла в изгнанье жизнь моя; Влачил я с милыми разлуку, Но он мне царственную руку Простер — и с вами снова я. Во мне почтил он вдохновенье; Освободил он мысль мою. И я ль в сердечном умиленье Ему хвалы не воспою? Я льстец! Нет, братья, льстец лукав: Он горе на царя накличет, Он из его державных прав Одну лишь милость ограничит. Он скажет: презирай народ, Глуши природы голос нежный. Он скажет: просвещенья плод — Разврат и некий дух мятежный. Беда стране, где раб и льстец Одни приближены к престолу, А небом избранный певец Молчит, потупя очи долу.
